Книга правителя области Шан.
   «Когда народ слаб — государство сильное, когда государство сильное — народ слаб. Поэтому  государство, идущее истинным путем, стремится ослабить народ»,
                                                                                               «Книга правителя области Шан».

  
Видимо, всем государствам  древности, была свойственна жесткая централизация.
Пока люди жили в селениях и небольших городах, их общность во многом держалась на личных и семейных взаимоотношениях. Конфликты и проблемы решали на общем сходе.
     В государстве и, тем более, в Империи, человеческая индивидуальность нивелировалась. Люди начинали ощущать себя частью государственной системы, «встраивались в какую-нибудь из имеющихся ниш», как теперь говорят. А государство еще эту зависимость стремилось увеличить. Да ведь и индивидуальные качества людей еще были слабо развиты, а понятия «Личность»  тогда даже не существовало.

    Все древние государства создавали очень сходные формы государственного устройства. Это был жесткий централизм с неограниченной властью царя. Царь приравнивался к богу и наделялся, в представлениях людей, божественной властью. Прежде всего, от него завесило плодородие земли, а, значит, и общее пропитание.
    В распоряжение царя был мощный бюрократический аппарат, который брал под контроль все в государстве и предельно регламентировал все формы жизни населения.
    Лишь приближенная к царю верхушка бюрократии (она же являлась и первой аристократией) представляла собой  некоторую ценность. Простой народ приравнивался к орудию труда и подвергался нещадной эксплуатации. Даже если земледельцам выделялись небольшие земельные наделы, все равно главной их работой было  возделывание общественных полей. Работали крестьяне партиями под  присмотром надзирателей. Орудия труда, одежду и питание они получали из общественных складов по установленной норме.
    Такое же обезличивание было у ремесленников. Начальники перебрасывали партии земледельцев и ремесленников с одной работы на другую, с одного места – в другое.
    Обезличиванию подвергались и семейные отношения. И здесь чиновники на людей смотрели как на скот и заботились лишь о «восполнении поголовья».

  
В древних государствах все подчинялось экономической целесообразности и  общности. Такую систему можно назвать примитивным государственным социализмом. Но  это социализм без  Идеалов, а  общность без Равенства.
                                          ---
-------------------------------------------------------------
    Идеология древнего централизованного государства была письменно оформлена в Китае «эпохи воюющих царств»— правителем области Шан - Шан Яном   в середине IV в. до Р. Х.  Его теоретические взгляды изложены в сочинении «Книга правителя области Шан».

      Две силы определяют, согласно автору, жизнь общества. Одну из них он называет государь или государство. Другая сила — народ. Автор описывает взаимоотношения правителя и народа как отношение ремесленника к сырью, народ сравнивается с рудой в руках металлурга, глиной в руках гончара. Но даже более того, их устремления направлены в противоположные стороны — они враги, один усиливается лишь за счет другого.
     Для того, чтобы правитель мог ослабить народ, превратить его в руду или глину в своих руках, необходимо отказаться в управлении от человеколюбия, справедливости, любви к народу — всего, что автор объединяет в понятии добродетель. Также и в народе не следует опираться на эти качества — им надо управлять как коллективом потенциальных преступников, апеллируя лишь к страху и выгоде.

   
«Если государством управляют при помощи добродетельных методов, в нем непременно появится масса преступников».
    «В государстве, где порочными управляют словно добродетельными, неизбежна смута. В государстве, где добродетельными управляют словно порочными, воцарится порядок, и оно непременно станет сильным».
   «Основой для людей является закон». «Справедливым называют такое положение, когда сановники преданны, когда сыновья почтительны с родителями, когда младшие соблюдают «ли» в отношении старших, когда установлено различие между мужчинами и женщинами; но все это достигается не путем справедливости, а путем неизменных законов; и тогда даже голодный не будет тянуться к еде, точно так же, как обреченный на смерть не будет цепляться за жизнь. Совершенномудрый не ценит справедливость, но ценит законы. Если законы непременно ясны, а указы непременно исполняются, то больше ничего и не надо»
 
  Из двух рычагов — наказания и награды, при помощи которых закон правит народом, безусловное преимущество отдается первому: «…в государстве, стремящемся к владычеству в Поднебесной, каждым девяти наказаниям соответствует одна награда, а в государствах, обреченных на расчленение, каждым девяти наградам соответствует одно наказание».

    Лишь наказания порождают мораль: «добродетель ведет свое происхождение от наказаний».
   «Ежели наказания суровы и награды малочисленны, это значит, что правитель любит народ и народ готов отдать жизнь за правителя. Ежели награды значительны и наказания мягки, правитель не любит народ, и народ не станет жертвовать жизнью ради него»
   «Если управлять людьми как добродетельными, они будут любить своих близких; если же управлять людьми как порочными, они полюбят эти порядки. Сплоченность людей и взаимная поддержка проистекают оттого, что ими управляют как добродетельными; разобщенность людей и взаимная слежка проистекают оттого, что ими управляют словно порочными».

  Правитель: «должен издать закон о взаимной слежке: должен издать указ о том, чтобы люди исправляли друг друга».
   Донос дополняется круговой порукой:
    «…отец, отправляя на войну сына, старший брат — младшего, а жена — мужа, напутствуют их одинаково: не возвращайся без победы! и добавляют: ежели нарушишь закон и ослушаешься приказа, то вместе с тобой погибнем и мы».
    «…в стране с хорошо налаженным управлением муж, жена и их друзья не смогут скрыть преступления друг от друга, не накликав беды на родственников виноватого, остальные также не смогут покрыть друг друга».

   «Поэтому, ежели войной можно уничтожить войну, то позволительна даже война; ежели убийством можно уничтожить убийство, то разрешены даже убийства; если наказаниями можно уничтожить наказания, то допустимы даже суровые наказания»
    «Таков мой метод возврата к добродетели путем смертных казней и примирения справедливости с насилием».

Главная цель государства:«сосредоточение на «Едином» или «Унификации». От них зависит все будущее страны:
    «Государство, добившееся унификации хотя бы на один год, будет могущественно десять лет; государство, добившееся унификации на десять лет, будет могущественно сто лет; государство, добившееся унификации на сто лет, будет могущественно тысячу лет, добьется владычества в Поднебесной»
     «тот, кто хочет процветания государства, внушает людям, что можно получить казенные должности и ранги знатности только занимаясь Единым».

 
  Вся хозяйственная деятельность должна иметь одну цель — земледелие. Этому дается два объяснения. Во-первых, «когда все помыслы обращены к земледелию, то люди просты и ими можно легко управлять». Во-вторых, это поможет кормить армию во время длительных войн.

    В военной деятельности нет места моральным соображениям, наоборот:
    «Если войско совершает действия, на которые не отважится противник, — это значит, что страна сильна. Если во время войны страна совершает действия, которых противник устыдился бы, то она будет в выигрыше».

     Но от моральных обязательств по отношению к своим солдатам правитель тоже освобождается. Ими, как и всем народом, он правит при помощи наград и наказаний. Три отрубленные вражеские головы — это повышение в ранге знатности.
   «Если же по прошествии трех дней полководец так и не присвоил никому этого ранга, то он присуждается к двум годам каторги.
    «Воина, проявившего трусость, разрывают на части повозками; воина, посмевшего осудить приказ, клеймят, отрезают ему нос и бросают его под городской стеной».
     Как и все население, воины связываются круговой порукой, они делятся на пятерки, и за провинность одного казнят всех.

     «Необходимо довести народ до такого состояния, чтобы он страдал оттого, что не занимается земледелием, чтобы он пребывал в страхе оттого, что не воюет».

Для этого все занятия, отличные от Единого и называемые «внешним», систематически подавляются. Как следствие, в первую очередь пресекались те виды деятельности, которые были менее подчинены государственному контролю, где больше проявлялась личная инициатива или индивидуальность. Так, предлагается отменить частную торговлю зерном. Тогда купцы будут вынуждены заняться землепашеством, «и пустующие земли будет непременно обработаны». Следует резко увеличить пошлины, чтобы сделать любую частную торговлю невыгодной, да и вообще, стремиться к тому, чтобы золото играло возможно меньшую роль:
    Купцов и работающих у них людей следует привлечь к исполнению государственных трудовых повинностей. Занятие ремеслом тоже не поощряются:
 
  «Заурядные люди занимаются торговлей и овладевают различными ремеслами, дабы уклониться от земледелия и войны. Когда это имеет место, государство в опасности».
     Надо добиться, чтобы исчез наемный труд, чтобы частные лица не могли вести строительных работ. Следует ввести государственную монополию на добычу ископаемых и пользование водными путями:
«Если сосредоточить в одних руках право собственности на горы и водоемы, то… пустующие земли будут непременно обработаны».
                                             -------------------------
     Осуществлению намеченного здесь уклада жизни препятствует сила, борьба с которой занимает одно из основных мест в книге. Для ее обозначения Шан Ян использует термин, который переводят как «паразиты» или (буквально) «вши». Иногда перечисляется шесть паразитов, иногда восемь, иной раз — десять. Это Шицзин или Шуцзин (Книга песен и Книга истории, источники художественной и исторической образованности), музыка, добродетель, почитание старых предков, человеколюбие, бескорыстие, красноречие, острый ум и т. д. Дальше к ним прибавляются: знания, талант, ученье.              По-видимому, речь идет о культуре в самом широком ее понимании, включая сюда и некоторый уровень этических и нравственных требований к человеку. Существование «паразитов» несовместимо с «Единым», со всей развиваемой автором программой.
    «Если в государстве есть десять паразитов…правитель не сможет найти ни одного человека, которого он смог бы использовать для обороны или наступательной войны»

                                              ------------------------
     Приведенные здесь отрывки из «Книги правителя области Шан»,  теперь нас ужасают. Но в ней мы находим и знакомые черты с последних страниц нашей собственной истории…
 
  Западные народы, как известно, более склонны к индивидуализму, а восточные – к централизму. В античной Элладе рядом сосуществовали: Афинская демократия и централизованная Спарта… Но в истории  любого народа можно проследить ритм: когда тяготение к общему (то есть к централизации) то усиливается, то ослабевает.
        
    Различные добровольные объединения народа создают общественные структуры. При объединение таких структур возникает Общество.
                           
 
В древних государствах Общество сложиться не могло. Государство в зачатке подавляло всякие общественные объединения, видя опасность для себя даже в прочных семейных союзах. Но подавление народа, в конце концов, всегда приводило к ослаблению самого насильственного государства, к его завоеванию и разрушению.
   Древняя, (а затем и средневековая) демократия была еще слабой и неполной. Она не исключала рабства, и обычно находилась в  зависимости от олигархического правления. Демократический  эгоизм граждан нередко ослаблял «свободные города» и способствовал их порабощению. Но именно в таких «свободных городах» опробовались первые крупные общественные объединения.
 
  Народы не могут сохранить свою независимость, да и просто наладить жизнь, без помощи созданного ими же государства. Но, обретая силу, Государство становится угнетателем своего народа. Так было раньше. Так остается и поныне!

   Что такое государственный социализм мы знаем на примере Советского Союза. Так же безжалостен был к народу и государственный капитализм – нещадно эксплуатируя его и бросая в почти непрерывные войны.

  
«Западный мир» создал демократию, и капитализм крупнейших государств можно считать "демократическим".
     Но настроения и мировоззрение Общества там формируется подконтрольными государству и олигархам СМИ. Силовые структуры (Пентагон, НАТО, ЦРУ…) выходят из-под контроля даже государства и представляют угрозу собственным народам! Посмотрим на сегодняшнюю Америку. Под предлогом «приобщить угнетенные народы к демократии», Америка ведет захватнические воины, истинная цель которых – обогащение нескольких, и без того непомерно богатых семейств.
     А как болезненно «приобщаются к собственной демократии» народы только что освободившиеся от насилия государства в лице несменяемого диктатора!

 
И централизованное государственное и демократическое правление имеют свои достоинства и недостатки.
  Обществу и Государству трудно сосуществовать вместе в одной стране. С одной стороны, нынешние государства нуждаются в населении образованном, талантливом, активном, раскрепощенном,  патриотично настроенном, физически и морально здоровом,. С другой стороны, такими людьми трудно управлять. Более того – они сами хотят управлять своим государством!
   И "демократические государства" прибегают к старой проверенной практике – к ослаблению народа посредством войны и экономических трудностей.

                                  --------------------------------------------------------------------------------
    Общество должно контролировать свое Государство! И это можно осуществить при социалистической демократии, имеющей существенные преимущества перед демократией капитализма.